Валентина посмотрела на него с изумлением. Лицо его было упрямо-неподвижно.
— Чаю попьём? — Валентина не знала: смеяться ей или сердиться.
— А может полечишь кого, — мягко, но настойчиво продолжал своё Кирик. — Давно ездим. День-два лишни — не беда.
— Нет, мы поедем завтра не в гости, а вниз по Омолою к якутам, — твёрдо сказала Валентина.
— Потом поедем вниз. Сколько лет не видал...
— Кирик!..
— Я знаю: Кирик! Я везде идёт... Целый месяц идёт. Два дня лишни — не беда.
6
Ветлугин облокотился на стол, уставился в стенку невидящим взглядом. Выпуклые глаза его, обведённые снизу густыми синяками, смотрели тускло, точно подёрнутые дымкой.
— Привязался, как пёс! — прошептал он с грустной покорной издёвкой над собой. — То погладят тебя, от полноты сердечной, то бьют по носу. Андрей! Да, Андрей... Вот жестокая игра чувств! Я мечтаю о ней, дико радуюсь и глупею от одного ласкового слова, а тот проходит, даже не замечая обожания моего божества. Истинная трагедия!