Обстоятельства мало располагали к веселью. Снизу все время доносились вместе с шумом моря какие-то глухие стоны.
– Дед, кто это? – спросил испуганно мальчик.
– В пещерах воют души погибших на море, – серьезно пояснил Попрядухин. – Это тебе не Рассея. Братские места. Здесь ухо востро держи, за каждым камешком смерть сторожит...
Аполлошка притих.
Подкрепившись захваченным хлебом, беглецы решили осмотреть свое жилище. К счастью, недалеко от входа им удалось найти смолье, лежавшее здесь бог весть сколько времени. Устроив из него нечто вроде факелов, они зажгли их и двинулись в глубь пещеры.
У входа пещера была довольно высока, можно было стоять согнувшись. Дальше она постепенно суживалась и становилась ниже, так что едва позволяла пройти двоим. Так шла она на протяжении нескольких метров.
– Странно, что здесь нет гнезд, – заметил Попрядухин.
Скоро ход стал выше. Метров через пятнадцать они очутились в обширной зале. Аполлошка, шедший впереди с огнем, вдруг с криком ужаса выронил факел, и пещера погрузилась во мрак. Дрожа, он схватился за Попрядухина. Старик замер в невольном испуге.
– Что? Что? – тормошил он Аполлошку. – Что там? Чего тебе попритчилось?
Мальчик дрожал, уткнувшись ему в колени. Наконец, старику удалось зажечь свой факел.