Действительно, прямо среди улицы течение образовало огромный овраг, метров тридцати пяти ширины и до восьми метров глубины. Рвы находились почти под каждой избой. Все селение сплошь было изрыто такими ямами – то круглыми, как воронки с обрывистыми краями, то напоминающими трещины или разрезы.
На деревенской улице иные дома, побогаче, покрепче, уцелели, а старые, бедные, размыло и образовало в ряду пустоты.
– Вероятно, эту деревню восстанавливать не будут, – сказал профессор. – Пашни и огороды так занесло, что много лет нельзя будет обрабатывать. Будут искать другое место для жилья.
Когда они выехали за околицу, на кустах увидали бревна от размытых изб.
– Посмотрите, где шла вода! – вскричал Тошка.
Следы соломы, илу, нанесенные под крышу, показывали, что вода доходила до верхних венцов изб.
– Не уцелела ни одна живая душа, если остался кто здесь.
– А где ж, в самом деле, жители? – спросил Тошка.
– Бежали в горы, – ответил бурят, продолжая пристально всматриваться.
– А скот?