Тут чаша терпения бухгалтера переполнилась. Забывши про советские порядки, запустил он по старинке свои «гребли» в светлые кудри.
– Я тебе разведу узоры! Я тебя научу со старшими разговаривать! – Сгреб Аполлошку, только «семимильные» по полу загремели. – Где пакет? Где пакет? Где пакет? Где пакет?
Аполлошка ужом вьется, и вверх башкой и вниз – никак.
Из завкома прибежали: «Что вы делаете?»
А бухгалтер себя не помнит, вертит.
– Я тебя выучу! Ты у меня на копытцах пойдешь!
Аполлошка ополоумел. В голове все встряслось. «Оторвет башку, открутит напрочь, ей-бо!» Не помнит, как сцапал, что попало (оказалось, банка с зелеными, копировальными чернилами), – и бац!
Контора аж ахнула, а затем точно вымерла. Тишина.
И пальцы разжались. Бухгалтер упал в кресло.
Аполлошка глянул, самому страшно. Сидит бухгалтер в кресле. Усы зеленые и борода зеленая. Верно, в харю угодил. По пиджаку зеленые реки...