Ведь они оба считают ее погибшей, она не заставит их мучиться ни одной минуты.
– Ехать! – твердила она.
Надо было выждать самое меньшее две-три недели, пока пройдет лед, но о таком сроке Попрядухин не осмелился даже заикнуться. Это убило бы девушку. При малейшем возражении она заливалась слезами.
Вечером старик подстроил так, что к ним будто бы случайно зашел лечивший Аллу врач. Он поговорил с ней, потом взглянул на Попрядухина с укором и только покачал головой.
– Что вы наделали? – прошептал он, выйдя в другую комнату. – Если можно, лучше поезжайте.
– Поедем, – вздохнул Попрядухин.
Он терял голову. С одной стороны, радость, что профессор и вся экспедиция живы, с другой – волнения Аллы, опасная поездка, и, наконец, у него были в самом разгаре хлопоты о питомнике.
Но он бросил все.
Аполлошку оставляли дома. Весь лишний груз долой, вдобавок у него была школа, и кому-то надо было вести хозяйство в ожидании приезда всей компании.
В этот же вечер Попрядухин и Алла поспешно стали собираться и на другой день выехали на Байкал.