Ветер, действительно, крепчал, и скоро на беглецов пахнуло совсем свежим, чистым, ночным воздухом. Послышался гром. Река вздулась волнами. Начиналась буря. Огненная река, наступавшая вслед за ребятами на север, неожиданно кинулась в обратном и боковом направлении, к западу.
Ребята вздохнули с облегчением. Они надеялись, что хлынет ливень и загасит огонь. Во всяком случае несколько часов им можно будет отдохнуть.
– Плохо придется только тем, кто вздумал укрыться к западу от огня, – сказал Андрей. – Смотрите, какая подымается буря. Огонь полетит, как молния. Они не ждут этого. И не успеют бежать.
Все с содроганием думали в эту минуту о судьбе Яна и Пимки, если они только еще были живы.
– Зато, – вскричал Тошка, – если этот пожар – дело чьих-нибудь злых рук... и они рассчитывали нас сжечь, то они сами попались в свою ловушку.
– Не хочется верить... Уже очень зверские планы, – возразил Гришук.
Дед ничего не сказал, но подумал, что Гришук не видал Кульпы, а то бы...
Буря усиливалась. В лесу стоял невообразимый рев, шум и вой. Ребята и олени мокли под проливным дождем.
– На мне ни единой ниточки нет сухой, – жаловался Федька. – Из огня да в воду.
– А где Крак? – воскликнул вдруг Гришук.