Быть может, в этом вздохе сказалось сожаление о том, что для господина Безрылова нет уже возврата с пути укрывательства и потачек.
Он тихо закрыл полог и обратился к Проскурову, который между тем уставился на него своими упорными глазами.
— Пожалуйста, — попросил заседатель, опуская глаза, — опишем при вскрытии, завтра… Теперь исследуем обстановку и перенесем тело в Б.
— А там произведем допрос арестованному по этому делу, — сказал Проскуров жестко.
Глаза Безрылова забегали, как два затравленные зверька.
— Арестованному? — переспросил он. — У вас есть уже и арестованный?.. Как же мне… как же я ничего не знал об этом?
Он был жалок, но тотчас же попытался оправиться. Кинув быстрый, враждебный взгляд на крестьян и на своего ямщика, он обратился опять к Проскурову:
— Вот и отлично-с. У вас дело кипит в руках… зам-мечательно…
VIII. Иван тридцати восьми лет
Около полуночи, отдохнув несколько и напившись чаю, чиновники приступили к следствию.