— Да нет, толку мало. Неотчетливо пишет этот сочинитель. Читаешь, читаешь, в голове затрещит, а ничего настоящего не понимаешь. Вечная единица, треугольники там, высшая сила… а понять ничего невозможно. Конечно, я человек темный, а все же, думаю, обман это, больше ничего.
— Я тоже думаю, что вам попалось не то, что нужно…
— То-то и я думаю. Надо чем-нибудь кормиться хоть бы и сочинителям.
Перебирая книги одну за другой, он вдруг со вниманием остановился на одном заглавии.
— Это что же такое? — сказал он, поворачивая заглавие.
Это были «Вопросы о жизни и духе» Льюиса.
— Это насчет чего? — спросил бродяга, с любопытством осматривая со всех сторон книгу.
Молодой человек затруднился ответом. Если заглавие непонятно, то что же сказать в объяснение? Как пояснить содержание трактата о сложных проклятых вопросах, над которыми, быть может, никогда не задумывался этот человек, с трудом разбирающий по складам?
— О жизни и духе!.. — задумчиво повторил между тем бродяга и опять с видом удивления стал поворачивать книгу во все стороны, осматривая и корешок, и коленкоровый переплет, и даже самый шрифт. Казалось, он удивлялся, что книга с таким заглавием так проста на вид. Быть может, он ожидал встретить вопросы о духе в каком-нибудь фолианте, переплетенном в старинный сафьян.
— Это насчет жизни и, например, о душе?.. Так, что ли?