— Ну-с, больше ничего, что завтра этот черкес будет здесь…
Он наклонился к моему уху.
— Золото в Иркутск везет китайцам продавать… Ежели теперича сам бог нам его в руки дает — это значит божие благословение… Третья часть в нашу пользу, остальное в казну…
— Понимаю… Но неужели он так беспечен, что прямо дастся вам в руки?
— Какое дастся! Дьявол — не человек. Не первый раз уже… Летит сломя голову, ямщикам на водку по рублю! Валяй! Лишь бы сзади казаки да исправник не пронюхали да не нагнали. А у нас народ на станках робкий… Да и на кого ни доведись — страшно: с голыми руками не приступишься. Ну а теперь все-таки люди военные. Можно его и взять.
— Ежели нам удастся, и вы счастливы будете, господин! — сказал Чепурников, у которого загорелись глаза. — Тысячи и на ваш фарт не пожалею.
— Да уж только бы пофартило, — все так же поучительно прибавил писарь, — а уж дуванить-то будет чего.
— Я думаю, казенного проценту за поимку тысяч тридцать. А лошадей все равно свободных нету, — наивно схитрил Чепурников, взглянув на писаря.
— Ну, как знаете. Мне никаких денег не нужно, а ночевать я согласен с величайшим удовольствием.
— Берите, не отказывайтесь. Мы вас обижать не согласны.