— Что ж? — удивил он меня. — Это и по-нашему так: все от Адама.
Я поставил вопрос яснее и обрушился со своею критикой на двуперстное знамение.
— Читал ты в писании: «Поклонитесь в духе и истине»?.. А что такое персты: дух или плоть? Тут Яшка понял.
— Сказано тоже… — медленно заговорил он, — поклонитесь душою и телом…
— А где это сказано? — спросил я. Яков задумался и не ответил.
— Что ж? Это тоже хорошо… — сказал он в раздумьи, — конечно, всяк по своему разумению.
И, вздохнув, прибавил со странным выражением:
— Всяк по-своему с ума-то сходит…
VI
Спустя две недели после нашего прибытия в острог, перед вечером, — но еще задолго до поверки, — арестантов стали загонять в камеры. Коридоры опустели, и в подследственном отделении воцарилась тяжелая, будто выжидающая тишина, по которой мы привыкли уже угадывать приближение высшего тюремного начальства. Вскоре громыхнула дверь дальнего коридора, послышалось звяканье оружия, шаги многочисленной толпы.