Проскуров только взглянул в окно и тотчас же кинулся к выходу.
— Поскорей, ради бога, — кинул он мне на ходу, хватая со стола фуражку.
Я тоже наскоро собрался и вышел. В ту же минуту к ступеням крыльца подкатила ретивая тройка.
Взглянув в сторону леса, я увидел вдали быстро приближавшуюся повозку. Седок привставал иногда и что-то делал над спиной ямщика; виднелись подымаемые и опускаемые руки. Косвенные лучи вечернего солнца переливались слабыми искорками в пуговицах и погонах.
Проскуров расплачивался с привезшим его ямщиком. Парень осклабился с довольным видом.
— Много довольны, ваше благородие…
— Сказал товарищу, вот ему? — ткнул Проскуров в нового ямщика.
— Знаем, — ответил тот.
— Ну, смотри, — сказал следователь, усаживаясь в повозку. — Приедешь в полтора часа, — получишь рубль, а минутой — понимаешь? — одной только минутой позже…
Тут лошади подхватили с места, и Проскуров поперхнулся, не докончив начатой фразы.