Аннушка прочитала свои молитвы, и обе девушки стали раздеваться. Потом Роза завернула газовый рожок, и свет погас. Через некоторое время в темноте обозначилось окно, а за окном высоко над продолжающим гудеть огромным городом стояла небольшая, бледная луна.
— О чем вы думаете? — спросила Роза лежащую с ней рядом Анну.
— Я думаю… видят ли теперь этот самый месяц в нашем городишке.
— Нет, не видят, — ответила Роза, — у вас теперь день… А какой ваш город?
— Наш город — Дубно…
— Дубно? — живо подхватила Роза. — Мы тоже жили в Дубне… А зачем вы оттуда уехали?
— Братья уехали раньше… Я жила с отцом и младшим братом. А после этого брата… услали.
— Что он сделал?
— Он… вы не думайте… Он не вор и не что-нибудь… только…
Она замялась. Она не хотела сказать, что, когда разбивали еврейские дома, он разбивал тоже, и после стали драться с войсками… Она думала, что лучше не говорить этого, и замолчала.