Урядник смутился. Рука его как-то заерзала, но он тотчас же пугливо спрятал письмо в лежавшую около него сумку. Урок при мужиках был ему, видимо, неприятен. Он еще больше развалился и спросил грубо:
— У девки уже побывали?
— У какой это девки? — спросил я.
— У ссыльной, что поселена у Дураненка.
— У Эвелины Людвиговны Улановской, хотите вы сказать… Был…
— Раз были… И два были?
— И десять раз был, и еще буду много раз.
Мужики насторожились. Урядник встрепенулся как ужаленный и повернулся к старосте…
— Ты не обязан пущать. Не пущай!
Староста, рослый мужик, посмотрел задумчиво вопросительным взглядом на урядника и на меня. Я чувствовал, что должен во что бы то ни стало разрушить это нерешительное настроение, и поэтому, улыбаясь, сказал: