Через день Василий смеется на берегу, идет ко мне. Говорит:

— Вот чудно. Наш-то чертила у меня сейчас из рук выхватил кусок. Ну чего это — не видано дело. Ведь ежели купаться, ведь эдакой за ногу схватит, утопит. Неужто мы так его и не поймаем?

— Нет, — говорю, — Василий, нельзя, — и подумал: «А ведь верно говорит Василий — место глухое, не видать людей, не знает обмана… Сом верит человеку. Чуть не из рук ест. Как странно».

И, глядя на сома, на добродушную огромную голову, на ленты его плавников на спине, вспомнил, что сказал Александр Сергеевич Пушкин:

В темнице там царевна тужит,
А бурый волк ей верно служит…[555]«В темнице там царевна тужит…» — из поэмы А. С. Пушкина «Руслан и Людмила» (1817–1820).

И вспомнил я свое детство. Раз на дороге у Кускова, под Москвой, навстречу мне вышел на задних лапах огромный медведь. Я испугался ужасно. И на плечах своих тащил медведь пьяного своего хозяина — поводыря. Тот спал и, поправляясь, дергал рукою цепь, спьяну, должно быть. И у бедного, печального, озабоченного медведя от дерганья пьяного хозяина около кольца из носа шла кровь. А он, бережно держа лапами, тащил своего мучителя. Проходя мимо меня, когда я сидел в овражке у дороги, он грустно пробормотал: «Бу-бу-бу-бу-бу».

Это он, должно быть, хотел сказать мне про горькую тайну жизни…

Тайны. Как-то раз в Петербурге я был в мастерской скульптора Павла Трубецкого, в его огромной мастерской, где он работал памятник императору Александру III[556]памятник… Александру III — памятник работы скульптора П. П. Трубецкого, выполненный по заказу Николая II. По его приказу на пьедестале было написано: «Любящий сын — возлюбленному отцу». Был установлен в Петербурге на Знаменской площади (пл. Восстания) в 1909 г. Автор отдал этой работе восемь лет, создал 14 вариантов, два из которых в натуральную величину. Однако фигура Александра III, грузно сидящего в мешковатой одежде на тяжелом коне, воспринималась многими современниками как оскорбление царского достоинства и насмешка над самодержавием. Однако памятник демонтировали с площади только в 1937 г. Он был передан Русскому музею, во дворе которого простоял несколько лет. Позднее он нашел свое пристанище во дворе Мраморного дворца, одного из филиалов Русского музея. Во время Великой Отечественной войны памятник едва не погиб от прямого попадания снаряда, но его спас накат из бревен и деревянная обшивка, заполненная песком.. За обедом подошла огромная собака. Оказалось, что это волк, настоящий наш волк. Волк положил мне голову на колени и смотрел в глаза мне, прося. Я не знал, что это волк, и гладил его по голове. Тогда он положил и лапы мне на колени. Трубецкой его стащил за шиворот.

— Он пристает, — сказал он мне.

Павел Петрович кормил его орехами, которые волки очень любят. И когда после обеда я сидел на лестнице около статуи огромной лошади, князь крикнул: