Второе обстоятельство, которое я хотел бы отметить, — глубокая «национальность» каждой кандидатки. По-видимому, выборы по отдельным странам производились правильно, в обстановке, исключающей какую-либо подготовку, ибо всякая отдельная «мисс» является, поистине, воплощением своего народа, живым выражением его главных национальных черт. Вот «мисс Франция», напоминающая прекрасную, гордую лань лесов Иль-де-Франс. Вот белокурая Гретхен, со скромной, застенчивой улыбкой красиво очерченного рта — «мисс Германия». Морем дышит цветущая неаполитанка, «мисс Италия»; ведь вот белокурая она, с голубыми глазами, — и все-таки какая типичная, какая несомненная неаполитанка! Мне думается, что, если нам показали бы всех конкуренток, не называя их национальности, — мы бы могли верно указать соответствующие страны…
Наша «мисс Россия» произвела на жюри чарующее впечатление. Веселая, приветливая, наивная — она была живым образом русской девушки. Все в ней русское — от родного, знакомого изгиба бровей и до открытой, радостной улыбки. Глядя на нее, я не переставал думать о нехитром крестьянском слове: «улыбнется — как рублем подарит». Выбор, сделанный жюри «Иллюстрированной России», следует признать в этом году сугубо удачным.
Подивился я еще тому, что некоторые красавицы казались сошедшими с картин известных художников. «Мисс Греция», на которой остановился после долгих колебаний наш выбор, напоминает женщин с полотен английского художника Альма Тадема. Белокурая англичанка напоминает тип Берн Джонса, а стройная как тополь «мисс Франция» заставила меня подумать о Пюви де Шаванне, о его грустных, тянущихся к небу женских силуэтах. Для меня было волнующей радостью это сопоставление: как верно должен был чувствовать художник женский тип, чтобы мы могли в один прекрасный день узреть на земле его реальное воплощение!
О самих выборах можно сказать одно: задача была бесконечно трудна. В наше жюри входили: от Франции — славный художник Альбер Бенар, чья патриархальная фигура производила не только на конкуренток, но и на самих членов ареопага сильное впечатление; от Германии — известный художник и издатель Кебнер; от Англии — также художник, академик Вильям Аблетт; от Австрии — художник Тишлер; от Бельгии — живописец Эмиль Баэс; от Болгарии — скульптор Георгиев; от Дании — художница Герда Вегенер; от Испании — скульптор Сантьяго Бономе; от Греции — художник Галанис; от Голландии — художник-портретист Ван Донген; от Венгрии — живописец Вертес; от Ирландии — художественный критик Ален Денкан; от Италии — скульптор Аутера Маразани; от Польши — скульптор граф Замойский; от Румынии — художник Стоенеско; от Чехословакии — художник Купка; от Турции — художник Мидхат бей; от Югославии — скульптор Ораоватц; и ваш покорный слуга — от России. Победила, как известно, мисс Греция. Она не воплощает тип древней Эллады, как приходилось читать в газетах: нос у нее с горбинкой. Но она прекрасна как богиня; особенно неотразимое впечатление производят ее глаза — бездонные и полные тайной жизни. И рот у нее под стать обитательнице Олимпа…
Я придаю выборам красивейших женщин большое облагораживающее значение. Женщина есть тайна жизни, ее красота и вдохновение. Недаром у Вагнера, в «Сумерках богов», когда увели Фрею, — «боги соскучились». Как посланницы небес, женщины спускаются на нашу серую землю, дают нам жизнь, окружают нас теплом и лаской, смотрят в наши глаза любовным взглядом, — и так же неслышно от земли отлетают… «Ehret die Frauen»[190]«Чтите женщин» (нем.). — пел юноша Шиллер. Но как чтить их иначе, чем дав им возможность поднести нам, как нездешний дар, вид их гордой и чистой красоты!
Врубель
В конце октября поздно вечером возвращался в свою мастерскую на Долгоруковской улице в Москве. Шел мелкий дождь.
Мимо меня быстро прошел человек, одетый в летнее пальто, с поднятым воротником, с опущенными в карманы руками.
И вдруг я услышал знакомый голос:
— Коровин…