— Что же это, — говорю одному, — Василий Харитонович, руки у тебя синие, не отмыл.
— Синие, — говорит Василий, — потому анилин эдакий въедущий, ничем не берет. Это когда небо в «Рейморду»[413]«Рейморда» — балет А. К. Глазунова «Раймонда», хореография М. Петипа; премьера состоялась 19 января 1898 г. в Мариинском театре. писали, с тех пор и осталось.
Василий всегда все слова переделывал.
За столом куличи, пасхи, ветчина, целый окорок, стол накрыт полно, блестят в графинах смородинные, березовые. Пьют аккуратно. Конечно, утро только. Говорят — «С праздником вас».
Слышу, в дверях звонок. Входят услужники тирании — городовые, становятся по-солдатски в ряд и дружно поют: «Христос Воскресе. С праздником вас». Деловито выпивают по стакану водки, получают трешник, придерживая селедку (саблю), вежливо уходят.
— У их нынче чтó работы будет, — говорит Василий Харитонович про ушедших городовых, — ну прямо по горло, И у всех, заметьте, морды будут биты сегодня же к вечеру. Когда пьяных будут разводить. Они, конечно, выпивши сильно, дерутся с ними — без понятиев. Кажинный прямо в морду лезет. Потому что пьян, ну и праздник. Тоже служба нелегкая их. Студенты тоже. Завсегда драка бывает…
Василий Харитонович Белов был из солдат. От меня и на службу ушел. И был он старший в декоративной мастерской театров. И со мной был строг. Человек был серьезный, я ценил его. Был он колорист. Бывало скажешь — «Василий, составь-ка тон, который, помнишь, в „Лакмэ“[414]«Лакмэ» — здесь и далее: премьера оперы Л. Делиба «Лакмэ» (1883) в декорациях и костюмах К. А. Коровина состоялась в Частной опере Мамонтова в 1885 г. на пальмах был».
А это пятнадцать лет назад.
Василий слушает и строго глядит на меня, потом повернется и приказывает другим так определенно: «Желтый хром, крап роза, браншвейх». Те сыплют в тазы краску. Тон готов.
— Молодец, Василий, — говорю я, — правильно.