— Серега, — говорю ему я. — Валентин Александрыч Серов и самого царя списывал[436]…Серов и самого царя списывал — см. выше, прим. к с. 63.…
— Да неужто? — удивился Серега. — Вот, поди, страху-то натерпелся.
— Нет, ничего, — отвечает Серов.
— Ведь царь-то — это что. Сердитый, поди.
— Нет, не сердитый.
— Как — не сердитый? А когда он начальников неверных аль плутов плетью порет. Так серчает, поди.
— Он никого… не порет.
— Ну, полно, а кто же порет-то? Неужто другим велит? Нешто можно это. Другие-то легонько отдерут, толку-то и не будет. Меня отец драл. Ну, и порол. У-ух-ты, орешиной порол.
— За что же, Сергей, это он тебя?
— А вот за что. Двенадцати годов это я цигарку свернул и курю. А он увидал. Ну, и порол. И-х-ты. Здорово. И мою сестру Анку тоже порол.