— Назад идем! — кричал гофмейстер.
— Куда иттить? — с хитрецой спрашивал Герасим.
— Где компас? — кричал кто-то.
— К черту компас! — орал Василь Сергеевич. — Благодарю вас, хорошенькое болотце нашли.
— Верно, — говорит Герасим. — Пропадешь. Говорил же, — какая тут охота!..
Когда выбрались из болота, то с горки было видно — далеко, до самого горизонта, синела эта ольховая заросль…
Гофмейстер смотрел испуганно серыми глазами, весь в тине, на веках светлыми пятнами засохла грязь. Я вспомнил, что как-то видел в музеях восковые фигуры, на которых от времени треснул воск и из вставленных глаз кругом торчала вата… Выражение у него было такое же.
Тут еще, ко всеобщему горю, заморосил дождик. Озябшие, мокрые, мы решили ехать до ближайшей деревни, в Пундогу или Рявку.
— Эдаких тут и нету, — сказал Герасим.
— Как нету? — возмутился Сучков.