— Откуда это вас позанесло? Охотники. Идите, идите. Рада гостям.
Девчонка веником стряхивала с нас снег. Большая чистая горница, пол покрыт циновками, венские стулья, скамьи. В углу большой стол накрыт скатертью. Самовар. За ним сидели лесник-объездчик, какой-то черный солидный купец, с золотой цепью на жилете, и дьячок от Спаса Вепрева. Они встали и поздоровались с нами. В комнате было тепло. Мы сели за стол и достали закуски. Хозяйка, улыбаясь, ставила графины, говорила: «Озябли, чай кушайте», угощала нас. Она смеялась и как-то быстро отводила в сторону глаза. Как жемчуг были ее зубы. И маленький рот красиво улыбался. Она была очень полна. Белое лицо окаймляли черные волосы.
Павел Александрович Сучков надел пенсне и смотрел на хозяйку, подняв брови до пробора волос.
— В какую пургу попали! — говорила хозяйка. — Запутались, знать?
— Мы так счастливы, — сказал гофмейстер. — Среди пурги, и вдруг — вы! Так прекрасны! Это среди пурги-метели. Очарование. Ваше здоровье!..
— Я рада, — взяв рюмку, сказала она, — гостям таким, охотникам. Где ж дождаться? Вот метель помогла. А то где ж? Не приехали б.
И так ласково смотрела на нас.
— И мы так рады, — говорили мои приятели. — Это просто волшебно.
— Бога видеть нельзя, — сказал вдруг черный купец.
— То есть, вы это к чему? — удивленно спросил гофмейстер.