— Вот, вот, — подтвердил объездчик. — А у меня на груди.
И, открыв ворот, он показал грудь.
— Верно, — подтвердил черный купец. — Волосья растут где и не надо.
В это время чей-то голос на печке как-то странно сказал:
— Ну, буде вам, право. Ишь, вас метель кружит. В голове вертит. Заворачивает. Ух, ух, лихо. Сейчас наружи мороз, слышь, ветер в трубе воет, зло сулит.
Мы замолчали. И услышали вой ветра — протяжный и злобный.
Странный голос продолжал:
— И-ых, она, Баба-Яга, ха-ха-ха-ха. Вдова… Ха-ха.
У печки стояла хозяйка и улыбалась. Она сказала:
— Мне двадцать три года. Вдова я. Как мне теперь жить одной? Кругом лес. Метель метет. За кого и свататься, не знаю. И не знала я ране, что молодцы волосьями обрастают. На облизьяну переходят. Батюшки! Как в эдакой доле вдовьей горе мыкать? Кажи-ка, Бабушка-Яга…