Шаляпин быстро вытащил лодку на отлогий берег, и мы пошли по тропинке к дороге. Шаляпин взял у меня картуз и отдал мне шляпу. Справа от дороги была навалена масса бревен. Шаляпин шагал широко и ловко. Глядя на него, я подумал: "А страшновато, должно быть, не зная -- кто он, встретиться в глухом месте с этаким молодцом со светлыми ресницами". В его огромном росте, сильных движениях была некая разбойничья удаль.
-- Вот он, трактир, за бугром,-- сказал Шаляпин.
* * *
Мы подошли к двухэтажному деревянному дому. Сбоку у входа на большой вывеске вкривь и вкось было написано: "Трактир".
По деревянной лестнице поднялись во второй этаж. Пахнуло чаем и квасом. В трактире было мало народу.
Сели у окна, за столиком. Подошел половой. Шаляпин заказал расстегаи. Из-за стойки смотрел на нас краснорожий, с черной бородой трактирщик. Пробор посередине, кудрявые волосы блестели от помады.
-- Это сын, должно быть,-- сказал мне Шаляпин. -- А трактирщик-старик, видно, помер.
Расстегаи -- горячие, масленые, с рыбой -- были действительно замечательные. Половой подал водку.
-- Может, вам анисовой аль березовой?-- крикнул нам из-за стойки трактирщик.
-- Давай березовой,-- в тон ему отозвался Шаляпин. -- А ты не сын ли будешь Петра Гаврилова?