-- Все уж умерли,-- сказал я. -- Правда, больше такой жизни уж не будет. Вот оттого я и пишу страницы этой нашей жизни.
-- Знаешь, Константин, я удивляюсь, как ты это пишешь. Черт тебя знает, кто ты такой. Откуда это взялось? Отчего ты про меня не пишешь?
-- Ты же обидишься. Ты же стал Ваше Высочество. А я пишу простые, смешные вещи.
Шаляпин вдруг задумался:
-- А ведь правда, Россия была хороша. Теперь это кошмар, страшный и долгий. И я в нем, к сожалению, участвовал. Ошибался. Но я не упорствую в своей глупости...
Домье
Через несколько дней я встретил Шаляпина на Шан-з-Элизэ. Он опять направлялся к антиквару.
-- Пойдем со мной, пожалуйста,-- предложил он мне. Я согласился.
На улице Боэси мы остановились у антикварного магазина, и я сказал:
-- Федор, вот здесь выставка большого художника Домье. Ты знаешь Домье?