Помню, когда пришел В.А. Серов, я сказал ему:
-- Посмотри, как спит Федор, лицо какое серьезное. И во сне даже Грозный. Лицо гения, посмотри.
-- Пожалуй,-- ответил Серов,-- есть в нем дар и полет, но все это перемешано со всячинкой... Давеча: пишу я здесь, с краю у леса, где сарайчик. И он подошел ко мне и сел. И вдруг говорит: "Вот здесь все леса и леса, есть крупный лес. Я хочу скупить леса и торговать. Ты как думаешь, Антон?" -- "Что ж,-- говорю,-- как вашей милости угодно. Торгуйте". -- "Да ты не смейся. На лесе-то побольше наживешь, чем на пении". Вот ты и возьми! Как это у него все вместе перепутывается.
Помню -- в эту минуту отворилась дверь, и чей-то голос крикнул:
-- Господин барин, к вам Глушков приехали.
Шаляпин проснулся и сел на тахте, кулаком протирая глаза.
-- Господин барин,-- повторил Серов,-- к вам Глушков приехали.
Шаляпин расхохотался.
-- Разбудили! Глушков? Что ему надо? Ну, зови сюда. А я какой сон видел: будто я в Питере, в номерах Мухина. И так рад, что один. Самовар у меня на столе, баранки положил на конфорку, чтобы согреть, пью чай и ем баранки с икрой, а потом иду спать. Гляжу на постель и вижу -- кто-то под одеялом шевелится. Думаю: что такое? Хотел уйти. Вернулся. Посмотрел -- под одеялом женщина. А тут этот орет: "Глушков приехал!.." Разбудил меня. Теперь я и не знаю -- кто эта женщина: лежала спиной ко мне, лица-то я и не видел.
Глушков, сняв картуз, остановился перед Шаляпиным. В глазах у него была мольба.