-- Не знаю,-- ответил он резко. -- Вы не думайте, я сам удивляюсь, почему это случилось.
Серов, написавший в это время не один портрет императора Николая II, надумал поехать к Государю. Государь ему сказал:
-- Да, жалко старика. Я сейчас же прикажу, чтобы его перевели в его дом. Там, у себя, он будет ждать, покуда разберут его дело и что скажет закон.
Но дома у Мамонтова уже не было. Все быстро продали с аукциона -- и заводы, и дома.
Я сейчас же навестил Савву Ивановича в доме его сына, куда его перевели под домашний арест. Савва Иванович держал себя так, будто с ним ничего не случилось. Его прекрасные глаза, как всегда, смеялись. И он только грустно сказал мне:
-- А Феденьке Шаляпину я написал, но он что-то меня не навестил.
* * *
Частная опера продолжалась под управлением Винтер -- сестры артистки Любатович. Я не был в театре под ее управлением. Там делал постановки М.А. Врубель, с которым Шаляпин поссорился окончательно. А потом, кажется, и со всеми в театре.
Обед у кн. Тенишевой
Я вернулся в Париж и занимался устройством русского отдела выставки. Однажды утром, как сейчас помню, приехал Шаляпин в гостиницу на рю Коперник и поселился со мной. Была весна, апрель. Я торопился с работами. Первого мая открывалась выставка. В русском отделе все было готово. Во время работ по размещению экспонатов Шаляпин был всегда со мной -- на выставке. Для этого даже получил отдельный пропуск. Но скучал и говорил: