Он весь трясся...
И мы уехали на Стрелку.
-- Вот видишь,-- сказал Шаляпин,-- я нигде не могу бывать. Ни в ресторане, нигде. Вечные скандалы.
Протянув руку, он налил себе вина.
-- Смотри,-- сказал я,-- что это, рука у тебя в крови?
-- Да,-- ответил он,-- что-то этот палец не двигается, распух что-то. Должно быть, я ему здорово дал.
И спросил у Андреева:
-- Кто он такой?
-- Да ювелир один, я его знаю. Он парень хороший. Ты ведь это зря, Федя, он спьяну.
-- Что такое -- хороший? Какие же я могу ему дать билеты! Я ж их в кармане не ношу. Вообще у меня никаких билетов нет. Я оговорил в контракте, что буду сам распределять часть билетов в публике, но контракт, понимаешь, Иола потеряла. А из-за этого черт знает что выходит... Не верит ведь никто, что у меня билетов нет. Будто я дать не хочу. Придется кассу сделать у меня в доме.