За едой гофмейстер рассказал о том, как ездил на открытие мощей преподобного Серафима Саровского, где был и Государь, говорил, что сам видел исцеления больных: человек, который не ходил шестнадцать лет,-- встал и пошел.
-- Исцеление!-- засмеялся Горький. -- Это бывает и в клиниках. Вот во время пожара параличные сразу выздоравливают и начинают ходить. При чем здесь все эти угодники?
-- Вы не верите, что есть угодники?-- спросил гофмейстер.
-- Нет, я не верю ни в каких святых.
-- А как же?-- сказал гофмейстер. -- Россия-то создана честными людьми веры и праведной жизни.
-- Ну нет. Тунеядцы ничего не могут создать. Россия создавалась трудом народа.
-- Пугачевыми,-- сказал Серов.
-- Ну, неизвестно, что было бы, если бы Пугачев победил.
-- Вряд ли все же, Алексей Максимович, от Пугачева можно было ожидать свободы,-- сказал гофмейстер. -- А сейчас, вы находите, народ не свободен?
-- Да как сказать... в деревнях посвободнее, а в городах скверно. Вообще города не так построены. Если бы я строил, то прежде всего построил бы огромный театр для народа, где бы пел Федор. Театр на двадцать пять тысяч человек. Ведь церквей же настроено на десятки тысяч народу.