И она указала на окоченелый труп собачки, кем-то удавленной.
Уленшпигель тотчас же подумал о деньгах: он бросился к колодцу — дыра была пуста, кругом рассыпана земля.
Он накинулся на Катлину и, колотя её, кричал:
— Где червонцы?
— Да, чудо, великое чудо, — твердила она.
Неле бросилась защищать мать:
— Смилуйся, Уленшпигель, сжалься.
Он остановился. Прибежала Сооткин, стала расспрашивать, что случилось.
Уленшпигель показал ей удавленную собаку и пустую дыру, где были деньги.
Сооткин побледнела и сказала: