— Дорого будет стоить, — сказал Уленшпигель.
— Неважно. Сердце тянет меня в Дамме; там любила она меня так сладко; может быть, она туда вернулась.
— Что ж, если хочешь, выедем завтра утром.
На следующий день они выехали бок о бок, каждый на своём осле.
XVIII
Дул резкий ветер. Солнце, ясное с утра, как радостная юность, потускнело, поседело, стало мрачно, как печальная юность; хлестал дождь с градом.
Когда дождь стих, Уленшпигель отряхнулся и сказал:
— Небо впитывает так много туманов, что иногда ему приходится облегчаться.
Снова хлынул дождь с градом, крупнее, чем раньше, он безжалостно хлестал путников. Ламме ныл:
— Нас хорошо обмыло, зачем же ещё полоскать?