— Что это ты так уставился на меня? — спросила она.
Но он только шире раскрыл свои глаза, как бы в восторге и изумлении.
— Не стыдно тебе в твои годы так смотреть на даму? — спросила она.
Уленшпигель слегка покраснел и, не переставая играть, всё смотрел на неё.
— Я спрашивала тебя, не изменилась ли дорога из Дамме в Дюдзееле? — повторила она.
— Она потеряла свою зелень с тех пор, как вы лишили её возможности носить вас на себе, — ответил Уленшпигель.
— Может быть, проводишь меня? — спросила она.
Но Уленшпигель продолжал сидеть, не отрывая от неё взгляда. И она не сердилась: ей нравилось, что он такой молодой и, видно, продувной. А он встал и направился к дому.
— Куда ж ты? — спросила она.
— Принарядиться, — ответил он.