Поляки дрогнули, стали отступать, теряя людей
и коней, оружие и знамена, оставив на поле брани
множество убитых и раненых, одних только
венгров— шестьсот человек.
Пожарский выхватил у знаменосца свое знамя и доскакал в самую
гущу боя.
Часть ополченской пехоты перебралась на ту
сторону Москва-реки и залегла во рвах и
крапивниках на пути гетмана, чтобы не дать полякам