«Ленин умер». Чего так Дадай беспокоится, и народ присмирел? И не понимал Чугунок, что значит: «Умер Ленин». Ему бы петь, с голоду ноги ослабели, п. веревочка, что он приладил вместо пояса, на животе болтается. За один день похудел Чугунок.
— Ленин умер, первый, самый большой человек!
Знал это Агап и тут же думал про себя:
— Ну, а что же мне теперь делать, какое мое место?
— Кончено! Довольно шляться. На фабрику, али в школу надо. Довольно на улице. Раздавят меня… и…и …
Даже страшно и обидно стало Дадаю, что раздавят его, и никто не пожалеет, глазом не моргнет.
Он вспомнил, как про него сказал один возчик:
— Чужой ты совсем, уличный, щенок приблудный.
«Прав возчик, щенок я, раздавят, и никто не моргнет глазом» — думает Дадай и до слез горько ему и зло берег на себя, что щенок он.
Ветер играл флагами.