— Нельзя буянить, уходите! — вступился служитель.
— Уйдем, получай! — выкинул Ягода деньги. На пустой площади было только четверо. Шарка накинулся на Шиша и начал бить.
— Эх ты, пес! Архангел царя небесного и торговца Сухаревского! — крикнул Волчья Ягода и бросил Шарку на ледяную мостовую.
Крякнул тот, заворчал, скрутился клубком, как обозленный пес, вскочил, выхватил у Шиша салазки и побежал в пустую площадь с потушенными фонарями.
Ягода догонял Шарку.
— Азямка, Шиш, за мной, догоняй Шарку! — кричал он.
Ребята отставали. Шарка впереди, вот–вот скользнет в переулок и не найдешь его. Салазки крутились, перевертывались и били Шарку по ногам, мештали бежать.
— Шарка, стой, Шарка! — вытянул Ягода руку, схватил убегающего за плечо. — Шарка, пес, придешь на вокзал, будешь ребят обижать, убью! — шипел Ягода, а Шарка стоял и держался за грудь, морозный воздух захватил ему дыханье.
— Будешь салазочников держать? — замахнулся Ягода, к Шаркиной скуле поднес кулак, но не ударил. — Убью! Иди. Шиш у Ягоды, скажи хозяину, всем скажи, сам запомни, что у Ягоды, не забудь!
Побежденный Шарка уходил, а Шиш кричал ему вслед: