— Товарищ лейтенант, товарищ лейтенант!
Никто не ответил. Она остановила танк, проползла в башенный отсек. Нога лейтенанта свешивалась странно, не упираясь в педаль спуска орудия. Она потянула лейтенанта за ногу, и он застонал. Она помогла лейтенанту спуститься, голова его была в крови от пули, ударившей рикошетом от крышки люка. Катя бинтовала ему голову, и, когда повязка закрывала глаза, лейтенант сердито говорил:
— Осторожней! Что, я вслепую огонь вести буду?
Потом он снова забрался на сиденье и поставил ногу на педаль спуска. Катя сказала:
— Закройте крышку люка.
Лейтенант промолчал.
— Вам, может быть, жарко? — спросила Катя.
— Ладно, не сердитесь, — сказал лейтенант.
Они выехали на восточную окраину города и остановились. Кто-то постучал по броне и сказал вежливо:
— Товарищи танкисты, подсобите, пожалуйста. Немец в трансформаторной будке засел, шрапнелью бьет, нет никакой возможности.