От исхода поединка зависит во многом исход операции.
Когда капитан отводит лицо от стереотрубы, чтобы дать передохнуть воспаленным от напряжения глазам, сидящие у стены бойцы взвода управления вскакивают и вытягиваются. Капитан снова обращает усталое лицо к стеклам. Бойцы медленно садятся, не сводя настороженного взгляда со спины капитана.
Бойцы знают — командир придирчив. Но зато он никогда не пытался внушить симпатию к себе мнимо-добродушной веселостью или той ложной проницательностью, когда, спрашивая бойца, делают вид, будто наперед знают, что боец ответит. Жестокие прямые слова свойственны капитану.
Вчера утром, когда, лежа на нарах, он отдыхал, разведчики привели в блиндаж пожилую женщину. Она плакала, хватала, бойцов за плечи и все спрашивала: действительно ли они русские? Она казалась помешанной.
Капитан спросил женщину, что она делала в лесу. Женщина сказала:
— У меня в доме немецкие офицеры живут. Они очень землянику любят. Я каждый день хожу для них ягоды собирать. А если приношу мало, они меня по голове кинжалами в чехлах бьют. И всю мне память отшибли, от этого я стала глупая и заблудилась.
Капитан подвел женщину к стереотрубе. Насел стереотрубу на деревню и просил женщину указать, где ее дом. Женщина, глядя в трубу, испуганно воскликнула:
— Вон тот, меж двух тополей, которые в грачиных гнездах!
Капитан на секунду припал к трубе, потом подал команду:
— Правее ноль шестнадцать, два снаряда фугасными, второе орудие — огонь!