Видавшая массу скорбутных больных Удегова откровенно говорит мне:
— Знаешь, Козлов, до парохода ты не дотянешь.
И я согласен.
Я даже написал через силу два прощальных письма детям.
Конец?
Так тянулось весь июнь — от меня осталась тень, призрак.
И все же предсказания не сбылись.
Прошел июнь, потянулись июльские числа. Мои ноги окончательно свело контрактурой. Я лежал пластом, ел по ложке супу и четверти котлетки в день, но тянул. Завтра первое августа, парохода все нет как нет, а я уже ем полторы котлеты, дышу в окошко свежим воздухом и для меня нет сомнений, что как бы не запоздал пароход — я его дождусь, не взирая ни на какие предсказания.
Цынгу я изучил за это двухмесячное лежанье со всех сторон.
Я изучил, откуда подкрадывается эта болезнь, как хватает, чем валит с ног, сколько у нее коварства и своих особенных приемов борьбы — смертельных в девяноста случаях из ста.