— Как нет? Да какой же ты комиссар после этого? Разве в твоей станице куркульских коней нет? Эх ты, курица вареная, а пуп сырой. Отряд сформировать думаешь, а куркулей боишься!
Колонок обиженно передернул плечами.
— А ну, скажи, сколько у тебя фронтовиков дома околачивается?
— Человек двадцать пять вернулось, — протянул Колонок.
— Это что ж, с иногородними?
— Нет, тех еще человек пятнадцать наберется.
— Что ж, хотят в отряд писаться, что ли?
— Мнутся, Андрей Григорьевич. Сам знаешь, весна идет…
— Ну ладно, идем в хату.
В доме Андрея поразила необыкновенная чистота. Земляной пол был ровно вымазан желтой глиной, большая печь сверкала белизной, а стол был накрыт чистой голубой скатертью. Возле окна сидела молодая, красивая женщина. Она вышивала цветными нитками мужскую сорочку.