… Ночью из уснувшей станицы в безмолвную степь нырнул десяток всадников. Впереди маленького отряда маячила высокая фигура Андрея.
Бледный луч луны, изредка пробивавшийся из разорванной ветром тучи, на миг вспыхнул на его серебряных погонах. Сзади послышался насмешливый шепот Мишки Бердника:
— Ваше благородие, наденьте бурку — погоны дюже блестят. Еще свои за кадетов примут.
Андрей молча накинул бурку и пустил жеребца галопом.
Целую ночь пробирался отряд степью, держа путь на Лабинскую. Под утро Андрей вывел разъезд к вьющейся между степными курганами проселочной дороге. Поравнявшись с Андреем, Герасим Бердник спросил:
— А мы не заплутались, Андрей Григорьевич?
— Черт его знает, может, и заплутались. Целую ночь блукали…
Скинув с плеч бурку, Андрей стал шарить биноклем по степи. Вдали из–за поворота дороги показалась тачанка. Серые кони шли крупной рысью.
— А ну, погляди, Герасим, — вроде как сестра милосердная едет.
Бердник вскинул бинокль: