Никого там нет, — уверенно проговорил хорунжий,
опуская бинокль. — Мы остановимся в селениц, а потом вот по той дороге двинемся дальше.
— Вы послушайте, ваше благородие, как собаки, не переставая, брешут.
— Глупости, тебе сегодня всюду турки мерещатся. — Хорунжий повернулся в седле: — Взво–о–д! Пово–о–д! Рысью ма–а–а-рш!
Проехав с версту, они натолкнулись на дозорных.
— Турки, ваше благородие!
— Где?
— Вот на тот кустарник посмотрите.
Хорунжий навел бинокль. Из–за оврага, заросшего мелколесьем, на небольшую прогалину выезжала группа всадников. Лиц разглядеть было нельзя, но красные фески и синие мундиры не оставляли сомнений в том, что это были турки. Впереди на великолепной вороной лошади медленно ехал стройный, красиво одетый всадник.
— Мироныч! Возьмем их, а?