Я все еще не боялся.
– Чего они вцепились? Скажите, чтоб отпустили! – сердито потребовал я.
– Отпустят, отпустят, – пообещал Хозяин. – Конечно. Только маленько апосля… Хе-хе… Как все дела оформим, так и отпустим.
– Какие еще дела?
– Документик надо составить. Как, значит, полагается. Что попытка воровства. То есть хищения…
– Врете вы все! Я у вас ничего не брал!
– А ключик-то кто хотел стащить? А? Мы тебя давно проследили, не отопрешься.
– Врете вы все, – опять сказал я. И глупо проговорился: – Не могли вы за мной следить, у меня ничего железного нет.
– Хе-хе… Как это нет? Да ты от своего компаса весь промагниченный. И еще есть железное, только ты сам не знал. Эта самая… железная решимость, чтобы, значит, ключик чужой украсть и колечко не– свое отпереть. Это мы нашим уловителем сразу определили. Не выйдет у тебя, нет… Освободитель нашелся! Сейчас мы на освободителя актик составим, а потом в суд. Все по закону…
“При чем тут суд? Псих какой-то”, – подумал я. И все смотрел на блестящий ключик. И еще пытался разглядеть под рукавом пиджака браслет, но не видел.