– Вот он, появился, душа ненаглядная, – говорит пожилая тетка хрипловато и недобро. – Ну-ка, давай…
Она деловито разворачивает большущий мешок. Край мешка чиркает меня по ногам грубой тканью и какими-то колючками.
– Ну-ка, берися, – говорит она молодой. Вдвоем они растягивают верх мешка, и он разверзается передо мной темной пастью. Из “пасти” пахнет гнилой материей, пылью и отрубями. Я хочу отшатнуться, только сил нет.
– Лезь, – требует пожилая. – Неча время тянуть.
Я представляю, как там темно, душно и колюче.
– Не… – беспомощно говорю я. – Не надо…
– Как это не надо? Ну-ка, давай…
– Так полагается, – объясняет высокая. Голос у нее почище и несердитый.
– Ну, пожалуйста, не надо… – бормочу я. – Лучше я… так…
– Четой-то “так”? – недоверчиво сипит пожилая.