Сшей обновку ему шелкову,
Награди добром да ласкою.
Будет он тебе помощником,
Для цепей тяжелых ключиком”.
– Ну, чё про нашу песню скажешь? Али совсем плохо поем? – проворчала в углу Степанида.
– А чё сказать? – откликнулся я с некоторым ехидством. – Если скажу, что плохо, так вы сразу: “Съедим! ”
Глафира тихонько закашляла-захихикала. А Настя смотрела серьезно и вопросительно.
Я, конечно, уловил в песне намек. Мне как раз было девять лет и девять месяцев. Но ни обновки, ни особой ласки я пока не видел, поэтому ответил уклончиво:
– Хорошая песня. Только непонятная какая-то. И грустная…
– Ох, батюшки, “грустная”, – забубнила старуха Степанида. – Будто есть нам с чего веселиться-то…