А Глафира сказала:
– А чё, Настя, он же дело сказал насчет замужества-то. Аль нет?
– Тьфу на тебя, – ответила Настя несердито– Сваты нашлись… Уж этот-то Пяткин все равно не ко мне ходит. Обормот мятый.
– И точно, мятый да пьяный, – согласилась Степанида. – Ты, Глафира, смотри…
Но сегодня Лев Эдуардович пришел трезвый. Галстук был завязан аккуратно, парусиновые штаны поглажены (хотя по-прежнему в пятнах). Он раскланялся, вихляя плечами и коленками, присел на лавку и вкрадчиво проговорил:
– Обратите внимание, дорогие дамы, какая луна.
– Ну дак и чё! – отозвалась Глафира. – Луна как луна. Без тебя ее видим.
– Я к тому, что… кхм… Может быть, прогуляться до бочек и… тряхнуть стариной, а? Не чувствуете ли вы такого предрасположения?
– Не чувствуем, не чувствуем, – торопливо пробубнила в углу Степанида. – Иди-ка ты отседова. Тряхнуть ему, вишь, охота… Нашел молодых.
Однако Настя быстро поднялась и сказала: