Я молчал. Ревность ощутимо кольнула меня. Но тут же я подумал, что дело это давнее и свой “пиратский роман”, написанный на старых газетах, я давно потерял. А Лешка сейчас такой доверчивый, сам признался. Правда, он думает, что это во сне, но все равно он хороший.
– Ладно, Лешка, – вздохнул я. – Подумаешь… Если хочешь знать, я перед тобой тоже виноват. Я в том году у тебя картинку стащил из коробки с елочными игрушками, чтобы на книжку наклеить. Помнишь, такой кораблик серебряный с раздутыми парусами?
– Да знаю я, – усмехнулся Лешка.
– Знаешь? !
– Конечно. Ты потом два дня перепуганный ходил и на меня смотрел, как жулик на милицию… Я сперва хотел сказать, а потом думаю: лучше я у него немецкую открытку стырю, чтобы… ну, в общем, Садовскую надо было с Новым годом поздравить…
– Ну и… поздравил?
– Ага, – виновато сказал он. – Ты только про это никому не проболтайся.
– Как я проболтаюсь? Мы же во сне говорим… Да мне и не жалко ничуточки эту открытку.
– Да я не про нее… Про остров с привидением… А то она меня презирать будет. Я лучше потом сам ей признаюсь.
– Не надо. Мне это привидение нисколько не жалко.