– И прекрасно… стало быть, скоро конец!
Твердов рассмеялся и тихо запел песенку Гренише из „Корневильских колоколов“:
– „Плыви, мой челн, по воле волн, куда судьба влечет тебя!“
Явившись вскоре после этого к Пастиным, он застал там переполох. Глаза Веры Петровны были красны от слез. Петр Матвеевич и Анна Михайловна ходили растерянные.
– Нехорошо, сударь мой! – негодующим тоном встретил его Пастин. – Так нехорошо, что и не знаю, чем объяснить такое поведение!
– Петр Матвеевич! – воскликнул удивленный Твердов. – Да что с вами? Что случилось?
– А то, сударь: какие мы ни есть, а все-таки с твоим покойным родителем дружбу водили. За что же порочить честную купеческую семью?
– Вы это про меня? Да? Ничего не понимаю! Ради Бога, объясните, в чем дело… Никакой вины не чувствую…
– А ты что сегодня Верочкиному крестному говорил? – переменил старик тон на более милостивый.
– Ах, вот кто тут замешался! – воскликнул Твердов.