Раскрытая тайна
Твердов очнулся в незнакомой комнате. Он лежал на кровати, пахло лекарствами.
Николай Васильевич повернул голову и увидел перед собой бледное и исхудавшее личико своей невесты.
– Вера! Богиня! Царица! – прошептал он.
– Тише, милый, молчи, молчи!… Доктор запретил, – сказала Вера Петровна, с нежностью глядя на него.
– Где я? Жив ли?… Нож, нож… – лепетал Твердов.
– Успокойся, ради меня успокойся! – ответила Вера Петровна. – Все прошло… все благополучно… После узнаешь… Выпей, – и она протянула Твердову стакан с какой-то жидкостью.
Николай Васильевич сделал несколько глотков, и здоровый, живительный сон овладел им.
Спал он долго, а около его постели, не отлучаясь, сидела Вера Петровна. Твердов только ей был обязан возвращением к жизни, своим выздоровлением. Она так заботливо ухаживала за ним, как не могла бы ухаживать никакая сиделка.
Кобылкин привез его, бесчувственного, в нервной горячке, в дом Пастиных, сдал им больного и, ничего не объясняя, умчался.