— Старейшина Улеб и его дети никогда не будут забыты, — гордо проговорила Зоя. — Я уверена, что на Днепре все его помнят. Хотя мой несчастный отец убит этим ненавистным Никифором, но я отомщу, отомщу за его смерть!…
Глаза Зои загорелись злобным огоньком. Она так поглядела на Анастаса, что сердце его сжалось от какого-то мрачного предчувствия.
— Ты что-то задумала, Зоя, — смущенно пробормотал он.
— Я скажу тебе, что — месть и месть, какая только доступна дочери варварского народа… К этому толкает меня сама судьба. Погляди сам: разве это невольное изгнание, ничем не вызванное, не предопределено мне судьбой? Судьба заставляет меня вернуться на родину, бросив там на берегах Пропондиды все, что меня привязывало к Византии, и я иду…
— Но, по крайней мере, есть ли у тебя кто-нибудь там на берегах Днепра?
— Жив брат мой Всеслав; он в великом почете у киевских князей.
— Откуда ты это знаешь? Разве у тебя были сношения с Киевом?
— Мне сообщил об этом Изок, родной сын моего брата.
— Тот, которого ты скрывала у себя?
— Да, он…