— Меня, славянку, захотел удержать силой!… Нет, не бывать этому, -бормотала она, — не бывать этому никогда! Ваших изнеженных женщин вы можете заставлять делать, что вам угодно, но со славянским народом шутить не приходится… Мне жаль тебя, Анастас. Но что же делать, я принесла тебя в жертву моей родине. Прости меня!…
Хрипенье несчастного прекратилось, глаза его остеклились, он весь вытянулся. Зоя поняла, что он был мертв.
— Прощай! — проговорила она, выпрямляясь во весь рост. — Прощай, я не могу похоронить тебя. Но что же делать? Я не могу возвратиться теперь на судно… Ночь… Куда идти?… Если бы я знала, что могу переночевать в лесу… Но я вижу там свет в этих рыбачьих хижинах… Мне окажут гостеприимство там, я знаю.
Взглянув в последний раз на труп Анастаса, Зоя поспешно удалилась от него.
Прежде всего она поспешила вернуться к гребцам.
— Возвращайтесь обратно, — сказала она, — мы остаемся здесь.
— Как тебе угодно, госпожа. Но где же твой спутник? — удивленно спросил один из матросов.
— Он отправился отыскивать приют на ночь и хотел найти лодку, которая бы доставила нас обоих к князьям в Киев.
— Мы могли бы довести его…
— Он устал, странствуя на корабле, и захотел пройтись по твердой земле.