— Что, Изок? — подняла на него свои голубые глаза Ирина.
— Пойдем к ним!
— Как?… Разве нам может это удаться?…
— Отчего же нет?
— Нас убьют, прежде чем мы выйдем из города.
— Теперь слишком много жителей покидают этот город, чтобы кто-нибудь стал обращать на нас внимание. Пойдем! Мы, уверяю тебя, проскользнем совершенно незаметно, и знаешь что? Мы тогда спасем нашего благодетеля -мы уговорим наших не трогать ни его, ни его дома, а то ему придется очень и очень плохо!
— Нет, Изок, нет! Мы должны оставаться здесь! — отрицательно покачала головой Ирина. — Славяне не осмелятся тронуть внуков старейшины Улеба, а вместе с ними и того, для кого они будут просить пощады.
— Ну, как знаешь, — обиделся Изок. — Я вижу, что жизнь в Византии совсем уничтожила в тебе любовь к родине.
— Я никогда не знала и не видела ее.
— Только это одно и может тебя оправдать!