Но после всего пережитого в этот день Аскольд и Дир остались безучастными к этому предупреждению.
Какая радость могла их еще ждать?
Они последовали за Василием, дружина же их осталась в столовом покое, где им в изобилии поданы были крепкие вина, являвшиеся для этих детей природы, в полном смысле слова, новинкою…
Приведя их к себе, Василий оставил князей одних, а сам удалился.
— Что ты скажешь, Дир? — спросил брата Аскольд.
— Скажу, что все виденное нами непонятно… Знаешь, мы одни, и я могу говорить откровенно… Как хорошо было бы, если бы этот Невидимый Бог был и у нас в Киеве!
— Я сам думаю о том же… — со вздохом вымолвил Аскольд.
Шорох в дверях отвлек от разговора их внимание. Не успели они обернуться на него, как крик радости вырвался из их груди:
— Изок!
Князья кинулись к вошедшему в покой и протягивавшему свои руки юноше. — Князья, князья! Вот и мы свиделись вновь! — кричал он.