Феодора принимает во дворце епископов мартиропольского и анкирского. — С твоего разрешения мы прибегаем к тебе, владычица, — сказал епископ анкирский. — Досточтимый патриарх антиохийский Север, наш отец, наш владыка, смещен за то, что он — противник Халкидонского собора (против монофизитов). Народ отказывается признать патриарха, занявшего его место; поднялся бунт, проливается кровь. Мы разделяем учение Севера. Император пригласил нас на совет вместе с другими епископами, которые держатся противоположных мнений, чтоб обсудить вопросы, волнующие восточную церковь. Мы умоляем тебя склонить на нашу сторону твоего супруга, этого нового Давида.
— Каким образом, — ответила Феодора, — может женщина рассудить эти глубокие философские споры, происходящие между вами, людьми, служащими украшением церкви?
— Мы не верим безумному Евтихию, — продолжал епископ анкирский, -отрицающему воплощение Христа, мы не одобряем Нестория, но мы верим вместе с Севером, что Исус принял плоть бесстрастную и не страдал на самом деле телесным страданием.
— Правда, — ответила императрица, — что тело Спасителя отличалось от нашего.
— Мудрость глаголет твоими устами, владычица, — сказал епископ мартиропольский. — Божественное тело не могло иметь никаких плотских слабостей; Христос не мог ощущать голода и жажды.
— Мне кажется, это учение более подходит к величию Божества. Впрочем, император рассудит это. Бог дал ему свет, рассеивающий мрак всех ересей. Епископы удалились, очарованные милостивым вниманием и благочестием императрицы.
У Феодоры была своя тайная полиция, главным агентом которой была Хариклея. Это была женщина весьма подозрительная, служившая Феодоре помощницей в ее любовных интригах, когда она еще не была на престоле. Тогда ее звали Македонией. Чтобы скрыть ее прошлое, императрица велела ей называться Хариклеей. Официально ее обязанности состояли в том, чтобы раздавать милостыню бедным, неофициально же — в шпионстве. Однажды императрица позвала к себе Хариклею.
— Экивал еще жив, — сказала она глухим голосом.
— Если бы все, кого ты ненавидишь, были настолько же живы, как он! -ответила Хариклея. — Ты должно быть во сне видела этот преследующий тебя образ. Вот уже десять лет, как он умер в Антиохии.
Экевал был губернатором одной из византийских провинций. С ним Феодора жила некоторое время, он прогнал ее в конце концов и жестоко оскорбил.